«Потёмкинские деревни» — как на самом деле заселяли Крым в 1780-е

Выражение «потёмкинские деревни» знают все, и почти все понимают его неверно. В Крыму под этим именем ходят настоящие сёла, основанные в 1780-е годы при Григории Потёмкине, — Мазанка, Зуя, Курцы, Изюмовка. Они стоят на картах до сих пор, в них живут люди, и бутафорией они не были никогда. Ниже — как их заселяли на самом деле и откуда взялось второе, издевательское значение слова.

Откуда взялось выражение

Легенда о картонных фасадах, которые возили за кортежем Екатерины II во время её путешествия 1787 года, появилась не в Крыму и не у крымских крестьян. Её главный распространитель — саксонский дипломат Георг фон Гельбиг, писавший о России памфлеты и работавший на репутацию Потёмкина в определённом направлении.

Документального подтверждения у истории с фальшивыми деревнями нет. Есть свидетельства современников о том, что к приезду императрицы сёла спешно приводили в порядок — красили, чинили, сгоняли скот к дороге, — и это правда, но это не то же самое, что декорации из фанеры.

Поэтому на этой странице выражение употребляется в первом, прямом смысле: потёмкинские деревни — это деревни, основанные при Потёмкине. Их история заслуживает изложения куда больше, чем анекдот про фасады.

Кого селили

В 1780-е годы началось интенсивное заселение крымских земель. К задаче отнеслись серьёзно, и место для новых поселений выбирали не наугад: учитывали и возможность вражеской высадки, и вопрос безопасности в крае, населённом преимущественно крымскими татарами, которые появлению переселенцев, естественно, не радовались.

Первыми поселенцами стали солдаты Екатеринославского и Фанагорийского полков, оставленные в Крыму охранять южные рубежи империи. Их посадили на целинные земли Симферопольского и Феодосийского уездов.

Кроме отставных солдат, ехали государственные и помещичьи крестьяне из южных губерний России и Украины. Среди них было много беглых, бродяг и даже каторжников — и это никого не смущало: князь Потёмкин как наместник сознательно закрывал глаза на их прошлое. Задача была заполнить людьми пустой край, и разбираться в биографиях было некогда.

Первые сёла

К 1786 году на картах Крыма обозначились солдатские деревни вдоль стратегически важной дороги Симферополь — Феодосия:

• Санкт-Петербургские мазанки — нынешняя Мазанка.
• Зуя — в верховьях одноимённой реки.
• Курцы — под самым Симферополем.
• Петровская слобода.
• Изюмовка — под Старым Крымом.

Расположение выбрано по дороге не случайно: сёла должны были одновременно кормить себя и держать связь вдоль трассы.

Проблема, о которой не пишут в учебниках

Поселения основали, землю раздали — и упёрлись в вопрос, которого не предусмотрели: кто будет вести хозяйство и откуда брать жён.

Женщин в новых сёлах не было. Об этом писали и путешественники, и чиновники администрации, но тяжелее всего это переживали сами поселенцы. Браки с иноверцами исключались категорически, а значит, ни крымские татарки, ни караимки, ни крымчачки в невесты не годились — не по личному выбору, а по действовавшему церковному порядку.

Решали двумя способами. Отставным солдатам давали отпуск за казённый счёт, чтобы они съездили за семьями. Холостым по распоряжению князя привозили невест — девушек и вдов из русских губерний. По центральным губерниям ездили вербовщики и сватали на поселение в Тавриду.

Марфа Алпатьева

В Крымском государственном архиве сохранился документ, который объясняет эту политику лучше любого описания.

Донская казачка Марфа Алпатьева зарубила топором мужа. Окружной атаман вынес обычное в таких случаях наказание — розги. На уже подписанном приговоре стоит дописанная позже резолюция: «На основании вновь поступившего указа императрицы наказание отменить. Отправить в Крым и выдать замуж».

Из документов следует, что в Тавриду Марфа была доставлена и приговор приведён в исполнение. То есть замужество здесь — форма наказания и одновременно способ решить демографическую задачу. Комментировать это не нужно, достаточно прочитать.

Мазанка

Одну из первых потёмкинских деревень — Санкт-Петербургские мазанки, ныне село Мазанка — исследовали сотрудники Крымского этнографического музея.

По их данным, в селе больше 700 дворов и около 3000 жителей. Основное население — русские, около 15 процентов украинцев, в основном приехавших в пятидесятые годы, и примерно 5 процентов крымских татар, начавших селиться здесь с конца восьмидесятых. Цифры относятся ко времени исследования и с тех пор не пересчитывались.

Историю заселения в Мазанке передают из поколения в поколение. Первыми в эту холмистую, окружённую лесом местность привезли двенадцать отставных русских солдат. Жён им доставили из Курской и Орловской губерний, а распределили — по шапкам: солдатам велели оставить фуражки у дороги, и девушка, выбравшая фуражку, становилась женой её владельца. Свадьбу справили одну и общую.

Из первых землянок выросли хатки. Строили их из самана и обмазывали глиной снаружи и внутри — отсюда и название села. Некоторые дома сохранили первоначальный вид до сих пор.

Что реально видно на месте

• Мазанка — саманные дома старой постройки, обмазанные глиной, среди современной застройки. Смотреть нужно на форму дома и толщину стен, а не на фасад.
• Планировка солдатских сёл — прямые улицы вдоль дороги, одинаковые наделы: регулярная схема, непохожая на выросшие сами по себе татарские деревни в тех же долинах.
• Дорога Симферополь — Феодосия — ось, вдоль которой всё это ставилось; нынешняя трасса идёт почти по ней.
• Зуя, Курцы, Изюмовка — живые сёла, а не памятники. Музеев и табличек здесь нет, и это надо понимать заранее.
• Никаких «потёмкинских фасадов» посмотреть нельзя: их не было.

Как добраться

Все сёла лежат вдоль трассы Симферополь — Феодосия, асфальт, легковая проходит везде.

• Курцы — фактически окраина Симферополя.
• Мазанка — около 20 километров от Симферополя.
• Зуя — около 30 километров, поворот к зуйским лесам и Долгоруковской яйле.
• Изюмовка — около 90 километров, под Старым Крымом.

Общественным транспортом — любым автобусом феодосийского направления с симферопольской автостанции; все сёла стоят на трассе, автобусы останавливаются по требованию.

Сезон, время и подготовка

• Сколько времени — проехать цепочку сёл с остановками можно за полдня. Отдельно ехать ради одной Мазанки смысла мало.
• Лучший сезон — любой: маршрут идёт по асфальту и не зависит от погоды.
• Подготовка — это поездка по обычным жилым сёлам. Снимать чужие дворы и дома без спроса не стоит; людям, которые там живут, экскурсанты у забора не в новинку и не в радость.
• С чем сочетать — с зуйскими лесами и Долгоруковской яйлой: поворот с той же трассы.

Что здесь поправлено

• Главное: бутафорских деревень не было. Исходный текст оставляет оба значения равноправными — «с одной стороны, показушные, почти не существующие, с другой — реальные». Равноправия тут нет: первое значение не подтверждено документами и восходит к памфлетам Гельбига, второе — к сёлам на карте.
• «Русские» в источниках XVIII века — это всё восточнославянское население: русские, украинцы, белорусы. Оговорка есть и в исходном тексте, и она важна для понимания цифр.
• Данные по Мазанке датированы. 700 дворов и 3000 жителей — результат этнографического обследования, а не текущая статистика. Проценты по национальному составу — оттуда же.
• История «по шапкам» — устное предание. Она передаётся старожилами и записана этнографами как фольклор, а не как документ. Так она здесь и обозначена, в отличие от архивного дела Марфы Алпатьевой.
• «Экспансия русских» и «коренные жители». Исходный текст называет вещи своими именами в одном месте и обходит их в другом; здесь сказано прямо: земли заселялись на фоне вытеснения крымских татар, и это часть той же истории.

Поездка с нами

• Джип-туры из Симферополя — сёла предгорья и зуйские леса одним выездом.
• Индивидуальные экскурсии по Крыму — если нужен маршрут по истории заселения, а не обзорный.

Что рядом

• Крымское предгорье — ландшафт, в котором стоят все эти сёла.
• Двести лет Симферополю — город, основанный в те же годы и по той же логике.
• Как раньше на море ездили через Симферополь — та же дорога столетием позже.
• В зуйский лес — поворот от Зуи в горы.
• Немецкие колонии Крыма — следующая волна заселения, двадцатью годами позже.